Главная Статьи Обзор Буняк рассказал о причинах неудачной работы в «Уралане»
×

Ошибка

There was a problem loading image 2p7HBnibC.jpg
There was a problem loading image sirena.jpg
There was a problem loading image 2024-03-05.jpg
There was a problem loading image pivo.jpg
There was a problem loading image danzan_t.jpg
There was a problem loading image resbolnica.jpg
There was a problem loading image komitet.jpg
There was a problem loading image arest1.jpg
There was a problem loading image chess.jpg
There was a problem loading image dtp5.jpg

Буняк рассказал о причинах неудачной работы в «Уралане»

Первый тренер-иностранец в чемпионате России появился не в Москве или Петербурге, а в далёкой от столиц Калмыкии. Летом 2000 года глава Республики Кирсан Илюмжинов доверил «Уралан» югославу Буняку. Эксперимент провалился, но сербский Борис вошёл в историю РПЛ как первопроходец.

Сейчас Буняку 68 лет. Возглавляет клуб «Кадисия» в Кувейте. 

— Вы в курсе, что были первым иностранным тренером в высшей лиге России?
— Да, конечно. Горжусь этим фактом в биографии. В конце концов, это история. Я надеялся, что мой второй приезд в Россию произведёт совсем другое впечатление, но судьба повела меня в Азию, где, слава богу, я выиграл трофеи и чемпионаты.

— Для многих до сих пор загадка, как вы попали в «Уралан». Расскажите.
— О предложении «Уралана» мне сообщил мой бывший игрок и капитан клуба «Явор» Иваница Татович. Он спросил, не хочу ли я поработать в России. Я был ошарашен этим предложением, поскольку знал, что Россия до сих пор была закрыта для иностранных тренеров. Это прозвучало как вызов. Иваница сообщил, что это клуб с хорошей репутацией, обрисовал мне условия работы и финансовые подробности. Я заинтересовался и попросил немного времени на размышления. И в конце концов согласился. Хотя «Уралан» находился в очень незавидном положении — на дне таблицы.

— А какое, простите, отношение имел бывший капитан югославского «Явора» к калмыцкому клубу? Он был агентом?
— В данном случае — посредником. Он не был менеджером, но был знаком с партнёром господина Илюмжинова по бизнесу в Сербии. От него и получил запрос на поиск тренера.

— А сами с Илюмжиновым общались, прежде чем подписать контракт?
— Мы впервые встретились в Москве, когда «Уралан» готовился к матчу с ЦСКА.

— Вы понимаете, почему Илюмжинов выбрал именно вас?
— Насколько мне известно, у него была информация о многих тренерах. Возможно, в моей кандидатуре его заинтересовали какие-то детали. Какие именно, у меня нет ответа.

— В каком состоянии вы нашли команду?
— В «Уралане» уже были пять бразильцев и столько же потенциальных новичков из Сербии. Они приехали на просмотр раньше меня. Остальные футболисты представляли бывшие советские республики, и только один или два человека — Россию. Капитан команды Ахрик Цвейба первым предложил мне помощь в знакомстве с игроками и переводе каких-то базовых вещей — мой русский язык на тот момент оставлял желать лучшего. Будет неправдой сказать, что меня впечатлили уровень игроков и футбол, который показывал «Уралан». Но это только добавило мне мотивации и желания проявить себя.

— Разве новых игроков тем летом не вы приводили?
— Мы привезли трёх игроков, свободных агентов — двух нападающих и одного полузащитника. Двое из них оправдали ожидания, но, к сожалению, этого было недостаточно.

— Какими были первые впечатления от российского футбола?
— Первые игры серьёзно изменили мои представления о российском футболе. В реальности он оказался намного сложнее, чем выглядел по телевизионной картинке. Создание свободного пространства, организация атаки, обороны, контроль мяча, скорость перехода из одной игровой фазы в другую — мы по всем параметрам были ниже уровня лиги! Но при этом во многих матчах боролись наравне с соперниками, превосходившими нас в классе.

— Что же стало основной причиной провала?
— Причин неудач было много. Некоторые я уже упомянул. Определённый вклад в поражения внесли и сами футболисты — непрофессиональным отношением к своим обязанностям. Но я должен подчеркнуть, что значительная часть ответственности за это лежит на клубе. Руководство слишком толерантно относилось к недисциплинированности и непрофессионализму. Дисциплину можно было повысить штрафами. Но ничего этого в «Уралане» не делалось.

— Расшифруете?
— Когда в чемпионате возникала пауза, вместо четырёх-пяти выходных игроки могли отсутствовать 10 и более дней. И им это сходило с рук. Самовольные отлучки дестабилизировали команду. Мне срывали работу. Мы не могли наиграть оптимальный состав, потому что лидеров команды просто не было на тренировках!

— Когда это было?
— В первый большой перерыв в чемпионате. Если не ошибаюсь, после пяти туров клуб отпустил игроков на родину! Я настаивал, что так расслаблять футболистов посреди сезона, в двухнедельной паузе — нельзя. Отъезд — это ещё полбеды. Но они же возвращались, когда кому вздумается. Кто-то приезжал за два-три дня до игры, а кто-то — вообще за сутки! Это была катастрофа. Тогда я понял, что всё, что я делаю, — это иллюзия. При таком подходе клуб не мог рассчитывать на лучшие результаты.

— В одном из интервью вы жаловались, что и в быту игроки вели себя не образцово — в частности, пользовались услугами девочек по вызову.
— Я не могу точно утверждать, что происходило в номерах отеля во время карантина. Но, видя, кто крутился вокруг футболистов, это можно предположить. У меня есть догадки на этот счёт, однако нет доказательств.

— А кто крутился?
— Ну, конечно, девушки. Я не хотел бы спекулировать на этой теме. Но если клуб решает закрыть команду на карантин, логично выбирать для этого более спокойные и менее людные места.

— Как вы себе объясняете непрофессионализм футболистов?
— Это игроки должны объяснять, а не я! Клуб обязан объяснять терпимость к непрофессионализму, а не я.

— Задержки по зарплате были?
— В плане зарплаты всё было окей. Но команду можно было дополнительно мотивировать перед отдельными матчами повышенными премиальными. Возможно, это придало бы игрокам дополнительных сил. Это мелочь, однако отсутствие профессионализма, к которому я привык, ощущалось во многих нюансах.

— Возможно, проблема заключалась в том, что Илюмжинов находился далеко, а в клубе решали другие люди?
— Точно.

— У вас были конфликты с президентом Шовгуровым?
— Мы придерживались разных взглядов на профессиональный футбол, но открытых конфликтов, с гневом или резкими словами, не было. Мы просто не понимали взглядов друг друга.

— А себя вам есть в чём упрекнуть?
— Я могу винить себя только в одном: мне не хватило решимости разорвать контракт и уехать ещё тогда, когда пошли все эти отъезды и неприезды футболистов.

— 0:9 от «Локомотива» — самое тяжёлое поражение в вашей жизни?
— Поражение от «Локомотива» болезненно, но когда основные футболисты отсутствуют полторы недели и приезжают за день, два, три до матча — чего можно ожидать? На какой результат надеяться?

— С ваших слов, вратарь Кошелев пропускал в Нижнем Новгороде от местного «Локомотива» странные голы. Вы подозревали игроков в договорных матчах?
— Странный пропущенный мяч ещё не означает, что матч сдан. Подозревать могут все, но дурных намерений игроков, тем более вратаря, никто не доказал. Эти голы меня удивили, потому что в остальном Кошелев был надёжен и не допускал таких ошибок.

— Вы допускаете, что футболисты «Уралана» могли проигрывать умышленно?
— Я не могу обвинять игроков в нежелании побеждать. Это скорее следствие их качества, точнее — некачественности. Если у кого-то и возникали такие помыслы, пускай это останется на их совести. Все мы знаем, что в футболе возможно всё. Но я знаю, что работал максимально профессионально. Я чист перед богом и перед собой. Если бы было иначе, продержался бы я в профессии 30 лет?

— После «Уралана» вы где-нибудь еще работали с российскими футболистами?
— Нигде, ни в одном клубе.

— Хоть что-то хорошее за полгода в России было?
— Всё было хорошо, кроме результатов. Жизнь в Калмыкии не такая динамичная и насыщенная, как где-либо, но в ней тоже есть свои прелести. Нам создали отличные условия для тренировок и жизни. В Калмыкии я открыл для себя новую культуру и религию, узнал много о буддизме. Познакомился с новыми людьми. Это был ценный жизненный опыт, который до сих пор вспоминаю с любовью. 

— Вы довольны своей карьерой?
— Я работаю тренером уже 30 лет. Три континента, 10 стран, 17 команд. У меня 1100 игр на скамейке запасных в качестве тренера! В течение девяти лет я был в Кувейте — возглавлял два крупнейших клуба и национальную команду. Слава богу, я выигрывал трофеи в разных странах, поэтому считаю свою карьеру успешной. Никто не может оценивать чью-то работу по одному полугодию!

География тренера Буняка

Югославия/Сербия: «Слога», «Явор», «Црвена Звезда», «Млади Радник».
Россия: «Уралан».
ОАЭ: «Аль-Шааб».
Хорватия: «Хайдук» Кула.
Оман: «Аль-Насер», «Аль-Оруба», «Аль-Сиб».
Саудовская Аравия: «Дамак».
Танзания: «Азам».
Мьянма: «Яданарбон».
Кувейт: «Аль-Джахра», «Аль-Араби», национальная команда, «Казма», «Кадисия».
Ливан: «Аль-Неджмех».

Достижения: обладатель Кубка Сербии (2002/2003), Кубка принца Кувейта (2014/2015), Элитного кубка Ливана (2018/2019), Кубка султана Омана (2021/2022). Чемпион Омана (2021/2022).

Источник: championat.com



Добавить комментарий